Дмитрий Голланд: Люблю водный мир - он красивый и молчит

Говорят, что музыка начинается там, где смолкает слово.

Как же тогда рассказать о Дмитрии Голланде, композиторе, чья музыка звучит почти на всех спектаклях «Триады», многих постановках театра кукол, драмы, в документальных фильмах нашей студии кинохроники и даже в рекламных роликах?

О самой музыке, согласитесь, говорить трудно, а вот о ее создателе Дмитрии Голланде - пожалуйста. Впрочем, лучше он расскажет все сам.

Мы встретились в одном из самых приятных мест Хабаровска, где вероятность найти Голланда приближается к твердой убежденности - в уютном холле «Триады». Причем Дмитрий пришел на две минуты раньше, а я - на две позже.

Если серьезно, то…
Дмитрий Голланд родился в Челябинске. Жил в Магадане, где закончил музыкальную школу и музучилище. Увлекался рок-музыкой, организовал группу «Голландия». Закончил Хабаровский институт искусств и культуры по классу «оркестровое дирижирование».

Писал музыку почти для всех хабаровских (и не только хабаровских) театров, особенно полюбилась ему «Триада». Работает со студией кинохроники, пишет музыку к документальным фильмам, радиопостановкам.

Фолк-рок-опера Голланда «Конек-Горбунок» удостоена Краевой губернаторской премии.

Если верить слухам, то…
- Композитор Дмитрий Голланд - подпольный миллионер (данные неподтвержденные).

- Женат на Наташе Федоровой, директоре «Триады» (сам Голланд говорить о личной жизни наотрез отказался).

- Получил премию «Композитор года» (видели своими глазами).

Музыкант…

- Дмитрий, а варианты какие-нибудь - чем заниматься, кроме музыки - были?

- Конечно, были. В двадцать пять лет вообще хотел все бросить, но не получилось. К счастью.

- А с чего все началось?

- Играть я начал рано, потому что мама была преподавателем фортепиано. Уже в первом классе знал ноты, мама пыталась усадить меня за рояль, но я убегал играть в футбол. И только потом в тринадцать лет сам пошел в музыкальную школу учиться на ударных.

- Вот Макаревич где-то рассказывает, как услышал в первый раз «Битлз» и увлекся рок-музыкой.

- Макаревич услышал «Битлз», а я «Лед Зеппелин», «Дип Пёрпл» и «Квин». Начал учиться играть на гитаре, а уже сочинять принялся в пятнадцать лет. Потом мы создали группу «Голландия».

- Хотелось, наверное, стоять с гитарой, в длинных волосах?

- Тогда всем этого хотелось. И мне тоже. У меня была красная рубашка с петухами, длинные волосы, я играл на танцах, и девчонки смотрели на меня во все глаза. Это было на заре моей юности, когда все увлекались рок-музыкой.

- Какую музыку вы играли?

- Мы старались играть в стиле арт-рок. Не знаю, как получалось, мы никогда не занимали первых мест. Кому-то нравилось, мы искали, творили, и это было самое главное.

- На каком языке сочиняли песни?

- У нас было мало вокальной музыки, в основном инструментальная.

- И как воспринималось?

- Нормально воспринималось. Тогда шла война между старым стилем (помните ВИА?) и новым. Люди больше увлекались музыкой, виртуозно играли. Еще не было понятия «социальный рок».

Буквально через год-два появилось «Кино» и пошла социальная текстовая направленность. Тут уже на музыку никто не обращал внимания.

- А почему вы распались?

- Потому что реализация такого проекта как рок-группа требует социальной отдачи. В принципе, заработать на этом нельзя, а люди взрослеют, обзаводятся семьями, детей нужно кормить.

Как правило, подростки и юноши, наигравшись, уже к зрелому возрасту с этим делом прощаются. Остаются те, кто может стать популярным и на этом заработать.

- А у нас стать популярным невозможно?

- Хабаровск - это же провинция. Чтобы чего-то добиться, нужно ехать в Москву или в Питер.

- И вы знаете таких?

- Очень немногих. Феликс Ильиных из Комсомольска, который был аранжировщиком первых двух проектов «Песен о главном». Игорь Николаев, он с Сахалина. Константин Дусенко пишет музыку к телефильмам, сотрудничает с детскими театрами в Москве.

- Дмитрий, а в ресторане вы играли?

- Конечно, больше десяти лет. Чтобы заработать на инструменты, приходилось работать грузчиком, кому повезет, устраивались в рестораны. Там можно было заработать и на семью, и на инструменты.

- Насколько романтична такая работа?

- Да ни насколько. Работа как работа. Особенно раньше, когда во всех ресторанах был один репертуар. Романтика начиналась после того, как посетители расходились и мы играли для себя, устраивали джем-сейшны. В каждом ресторане были музыканты, которые выступали на рок-фестах.

- А люди, которые жуют под твою музыку, не раздражают?

- Смотря какой у тебя менталитет. Если считаешь себя гением, который творит что-то выдающееся, то жующая публика злит. А если поставить планку пониже - я только стремлюсь быть гением, но я все равно буду играть и докажу, что пишу гениальные вещи, получается совсем другое дело.

- Дмитрий, а вы уже доказали себе, что вы гений?

- Ну-у-у!! (Длинная пауза, Голланд улыбается.) Гений - это Моцарт, Бетховен. Я просто имею возможность прикоснуться к этим мастерам, посоревноваться с ними. Даже знаю, что я проиграю. И все равно это очень интересно, ты можешь сравнить и подумать - насколько я не дотягиваю.

Композитор…
«В конце концов, просто не остается ничего другого, кроме как согласиться с тем, что люди получают удовольствие от прослушивания организованных звуков и что это удовольствие может иметь различный характер, вплоть до сильнейшего духовного потрясения.
Тех же, кто способен организовать звуки таким образом, чтобы вызвать именно духовное потрясение, принято называть гениями».
Борис Лифановский

- Дмитрий, а когда вы себя впервые назвали композитором?

- Достаточно поздно - после тридцати, когда меня заметил Александр Новиков и привел в театр, сказав: «Дима, твоя рок-музыка больше похожа на театральную».

- А пишете что-то вне театра?

- Нет, я считаю себя достаточно узконаправленным композитором, стараюсь специализироваться в кино- и театральной музыке. Там присутствует сочетание нескольких видов искусств - хорошая литература, музыка, декорации (работа художника). Получается лучше, чем если бы я что-то пытался создать один.

- Как вы работаете над новым спектаклем?

- Читаю сценарий, потом разговариваю с режиссером, пытаюсь уловить его мироощущение, дух пьесы.

- Бывает так, что не получается?

- Очень часто. Например, триадовская постановка «Старика и моря», которая получила премию. Я каждый номер переписывал раза по четыре. Никак не мог попасть в мысли Вадима Сергеевича. Наконец он добился, чего хотел.

Режиссеру ведь трудно объяснить композитору, какая музыку ему нужна, он делает это буквально на пальцах. Приходится угадывать. Кроме того, спектакль строится постепенно - от сцены к сцене, увидеть целиком его невозможно.

- Музыка влияет на сам спектакль?

- Конечно, она берет на себя большой объем работы. Даже когда на пустой сцене звучит музыка, уже создается настроение. Что-то подчеркивает, меняет характер мизансцены. Поэтому я считаю, что в театре должна быть оригинальная музыка.

- Дмитрий, а как сочетается с высоким искусством ваша работа для рекламных роликов?

- Есть захочешь - напишешь и для рекламы. У меня ведь были периоды, когда не было заказов и приходилось как-то жить. Кстати, на Западе примерно та же картина. Пишешь аранжировки для начинающих исполнителей, рекламу. В общем, получается как в анекдоте: «Талант должен ходить голодным». Значит, я не хочу ходить голодным.

Между прочим, когда работаешь над роликами, набиваешь руку. Когда я писал музыку к спектаклю «Чайка», взял тему, которая не подошла к рекламному ролику.

- А сколько времени уходит на создание музыки к новому спектаклю?

- С испугу можно дней за десять написать. А по идее, четыре - шесть месяцев. Опера пишется два года.

Кстати
Эксклюзивный совет от Дмитрия Голланда

Если вы хотите написать оперу, то:
- начинайте с малого, учитесь писать вальсы, этюды;
- подберите хорошую литературную основу;
- не уверены - спросите у старших, послушайте классику;
- будьте внимательны - ошибетесь один раз, и все произведение может полететь насмарку.

Главное, чтобы было желание - и все получится.

- Дмитрий, вот я про вас слышала, что вы очень животных любите.

- Люблю. У меня всегда есть животные. Я люблю водоплавающих, ползающих, летающих. Водный мир вообще имеет полное преимущество перед людьми - он красивый и молчит. Глядя на него, находишь успокоение. Люблю птиц. Если бы были возможности, завел бы себе зоопарк. Но тут приходится выбирать - или работа, или увлечения.

- Кстати, про увлечения. Вы ведь нумизматикой увлекаетесь. Говорят, что нумизматы все просто голову из-за своих монет теряют. Вы такой?

- Нет, я спокойный. Собираю себе потихоньку. По каталогу надо собрать тысячу монет, половина у меня уже есть.

- А какую тематику?

- Островные государства, молодые, которые приобрели независимость в двадцатом веке. Куба, Фолклендские острова, Мадагаскар, остров Святой Елены. Те места, где всегда мечтал побывать.

- И последний вопрос - что слушает композитор Голланд, когда хочет просто отдохнуть?

- По разному. Иногда классику - Дворжака, Брамса, Бетховена. Слушаю рок-музыкантов Сюзи Куатро, «Назарет», «Джетро Талл», Дженис Джоплин. Из наших могу и Преснякова послушать, Лозу, новая группа появилась в Питере - «Пушкинг». Люблю и наших - Александра Ковалева, группу «Замок».

Дмитрий Голланд и группа «Ленинград»

- Я против вульгарщины в искусстве, от мата меня начинает коробить. И я это не воспринимаю. Хватает одного-двух слов, фразы, и все.

Еще Арам Хачатурян сказал, что самое главное для человека, который занимается искусством, это чувство меры. Когда его нет и идешь на поводу у публики, чтобы тебя купили, это уже не искусство.

Подготовила Марина Литвинова

Источник: Молодой Дальневосточник