|
О городе
|
|
|
|
|
|
|
|
Три часа в «обезьяннике»Если вы чересчур рьяно возьметесь отстаивать свои права, помните, что можно схлопотать не только штраф… Поутру они проснулись, ждали два срочных звонка, а телефон онемел. Зенины ждут, нервничают, а телефон молчит. Нина Петровна еще грешным делом подумала, а не в аппарате ли дело? Вроде бы все в полном порядке. Вот и квитанции вынула, пересмотрела: как многие годы, платила она в один день, 25 числа каждого месяца. Наконец, они с мужем двинулись выяснять: что же произошло на их линии и кто лишил их связи? Что из этого вышло, стоит рассказать отдельно и подробно. Правило первое: клиент всегда прав …25 марта по месту моего проживания… был отключен телефон. Мы с мужем отправились выяснять причину этого в расчетную службу городской телефонной станции на ул. Дзержинского, 4. Там было много народу, так как отключение было плановым. Мы (а надо сказать, что оба мы не молоды, а у меня еще и астма) отстояли очередь и выяснили, что за “междугородку” по февралю у нас выскочил долг в 21 рубль, о котором мы даже и не подозревали, т. к. никто нас ни устно, ни письменно не предупреждал. На наши резонные замечания оператор отправила нас к администратору. Отстояв вторую очередь, мы потребовали юриста, чтобы выяснить, на основании какого юридического документа, какого закона, без предупреждения, был отключен наш телефон? Ведь в январе сего года мы здесь же, на Дзержинского, 4, получили новую абонентскую книжку, в которой на обороте титульной страницы черным по белому значится: “…при непоступлении оплаты до 30 (31) числа телефон отключается”. А у нас его выключили уже 25 марта! Администратор отказалась с нами общаться, демонстративно опустив перед нами жалюзи. С большим трудом, просто с боем, одному из участников очереди удалось добиться жалобной книги, написала туда и я. Моя беда в том, что я продолжала настаивать на встрече с юристом. Юриста в итоге мы не дождались. А дальше охрана (она почему-то ведет все переговоры в зале) вызвала милицию и попросила нас покинуть помещение. На мое замечание, что не “дело секьюрити вмешиваться в деловые переговоры”, позже напишут, что я ругала матом охрану. Милиционеры больше часа, пока я дожидалась юриста, охраняли меня. На мое и многих людей замечание, неужели у милиции нет более важных дел, старший наряда спохватился и заставил написать на меня заявления. Наконец, все было готово. Милиционер позвонил куда-то: “Тут женщина хочет что-то выяснить. Куда ее везти?” Меня подсадили в уазик к еще двум задержанным и отвезли на Лермонтова, 32. В первый ГОМ. В отделении на меня начали оформлять протокол задержания, подписать который я отказалась. И меня на 3 часа закрыли в железную клетку, якобы для выяснения, не числятся ли за мной еще какие преступления? А ведь муж показывал им свой паспорт, и наши данные - все занесены в компьютерную базу ГТС… Надо отдать должное, меня не обыскивали, денег не отбирали и даже не били. За что им - отдельное спасибо. Но у меня возникли вопросы: 1. В абонентской книжке записано: “Абонент, обратившийся за необходимой справкой к оператору, может ее получить…” Но мы своего так и не добились. 2. Я работаю. Исправно плачу налоги, складывающиеся во многие тысячи рублей. Это легко проверить по моему счету в “Далькомбанке”. И мне небезразлично, куда идут мои деньги. Хотя бы по части милиции, затраченной на меня: 3 человека на выезде плюс 2 человека в отделении, 5 часов занимались да плюс машина с бензином. Не расточительно ли? 3. Мы с мужем - оба педагоги. И собственного сына вырастили замечательного, он достойно представляет нашу страну за рубежом. И я думаю, что в нашей стране для милиции есть дела поважнее, чем сажать пенсионеров в железные клетки. Для справки: экипаж машины боевой, выезжавшей на мое “задержание” на Дзержинского, 4, был за номером 913 от Центрального РОВД. …Уже почти в финале один из сотрудников ГОМа несколько раз подчеркнул, мол, что с вами разговаривать, если “вы всех нас ненавидите”. А какие могут возникнуть после всего этого чувства? 29.03.04”. Правило второе: продавец услуги всегда прав - Извините, но с прессой общаемся только с разрешения нашего начальника… - Ну а в консультации разве откажете? Нет проблем, слышу я от Натальи Сергеевны Галактионовой. Она и есть начальник юридической службы центра, встречи с которой так долго добивалась Нина Петровна. Почему был отключен их номер? За недоплату междугородного разговора. И стоило это делать из-за несчастных 21 рубля с копейками?.. И разве сроки оплаты уже вышли?.. - А что для вас новость? Что долги нужно вовремя оплачивать? - Но ведь у них еще было время… - Извините, но у нас зачетный день приема платежей за междугородку 15-го числа. Правила, изложенные в той самой книжечке, на которую они ссылаются, не действуют давно. А у них долг выскочил за февральские переговоры. И в их адрес ушло предупреждение. Та самая распечаточка. И не наша, простите, вина, что они ящик почтовый сняли, ссылаясь, что ненадежный подъезд. И автопрозвонка, как мы говорим, по их номеру была, с уведомлением о долге, мы проверяли, они такой звонок принимали… - Погодите, как - пятнадцатого? С какого это времени такое новшество? Впервые слышу. - Да вот уже года как полтора… И мы еще даем неделю - для погашения, и только потом приостанавливаем доступ. Мы всех своих клиентов о новых правилах расчетов информировали - и через СМИ, и во всех пунктах приема оплаты такие извещения есть, вы просто невнимательны. Ваша правда. И все-таки: про законность таких мер, на чем и настаивала Нина Петровна, и о пределах долга - с этим как быть? - Это к директору… Виктор Иосифович Снежко, действительно, прессу не сильно жалует. Но это - детали. Значит, о законности оснований. Есть такой документ, как правила предоставления услуг, и есть закон о связи. Он новый, вышел в свет 1 января. Вот там-то и прописаны все права и обязанности сторон. И, в частности, про нарушения сроков оплаты. Нарушил - приостановят доступ. А то и вовсе лишат номера, если накопишь двухмесячные долги. Тем более, мы принимаем плату, не авансируя услугу и не по горячим следам, а - постфактум. И про “копеечные” долги. Виктор Иосифович достал калькулятор и выдал мне сумму: миллион восемьсот рублей - вот такая набегает в среднем за месяц сумма, если иметь в виду долговую границу для так называемых неорганизованных клиентов именно в 20 рублей. Вот от нее и танцуют, как от допустимого предела дебиторской задолженности. Кстати, полезно это знать. И уже в конце спрашиваю: а что вот так доходчиво нельзя было с клиенткой поговорить, чтобы не провоцировать охрану и на тревожную кнопку нажимать? Ведь наверняка - случай из ряда вон. Чтобы сразу и милицию… - За последние пять-шесть лет - всего лишь второй такой случай на памяти. В первом - там клиника была: клиент с Кубяка… А здесь - не понимаю я такой реакции. Человек ничего не хотел слушать. Ведь можно было и ко мне на прием, без проблем, если объяснения наших специалистов не удовлетворили, но ведь - не до оскорблений же опускаться… Да поговорите вы с людьми. С Татьяной Владимировной Огородниковой, начальником группы по расчетам с населением, которая тоже объяснялась с Ниной Петровной, мы пообщались. Я ее сразу и спросила: ну сорвался человек, понимаю, но чтобы - до матов?! Не верю… “Было очень громко. Было очень долго. Почти три часа осады. Было откровенное провоцирование. И были оскорбительные вещи - что все вы тут разъелись, нахапали народное добро, а мы вас содержим, подотритесь своими бумажками… Кто-то из нас жабой оказался, кто-то - кукушкой из часов…” А народу в тот день действительно было в зале под завязку. И как любой “подогретый” недовольством коллектив, он легко завелся. Понятно, что пришла охрана. И, спровоцированная бранным в свой адрес словом “секьюрити”, вызвала наряд вневедомственной охраны. И цепная реакция, которая началась с простого желания пойти на принцип и любой ценой, разрядилась в “обезьяннике”, на Лермонтова. - Вы хотите продолжить в милиции? - Хочу, - был ответ. Там все и закончилось. Правило третье: закон всегда прав - Может, ты мне, парень, охрану приставишь? А то вдруг сбегу?.. И приставили. Парня в бронежилете. Как и просила. - Ну, тогда давайте продвинемся дальше! Может, в наручники меня? Будет плата за мои налоги, на которые вас содержат… Старший лейтенант Борис Гудыря ей и ответил, что не пил с ней на брудершафт, чтобы она звала его парнем, а кто-то добавил и про милицию, которую она ненавидит. А когда Нина Петровна отказалась подписать протокол и стала требовать себе адвоката, а в привезенных на нее заявлениях значилось, что мешала работе, вела себя оскорбительно, да еще и сквернословила! Понятно, что - в клетку ее. И ведь все по закону. Хотя бы потому, что у дамы паспорта при себе не оказалось. …Что же теперь Нине Петровне будет? Я была на Лермонтова, выясняла судьбу тех самых заявлений и дела административного. Шутки шутками, а мало кто из нас знает, что в Административный кодекс ввели намедни жесткие правила наказания - хотя бы вот за такой отказ нервов, как в случае с Ниной Петровной. Есть свидетели, что - сквернословила и вела себя недостойным образом: дело возбуждается административное и на выбор мера “пресечения”. Либо, извините, административный арест - те же 15 суток, либо штраф в 500 рублей. Не заплатишь, на принцип пойдешь, через месяц добавят еще тысячу штрафных. Проигнорируешь и это, придут дяденьки из судебных приставов и опишут имущество на требуемую сумму возмещения. …Нине Петровне предлагали в ГОМе - а почему бы вам не уехать в Америку, к сыну?.. А она сказала, что родину любит. Ирина Полникова Другие новости |
|
