Жена одного дальневосточного миллионера начала девяностых рассказала мне, как однажды в миллионерский период их жизни ей пришлось доставлять домой перебравшего в гостях мужа. В тот вечер они отпустили шофера домой, поэтому пошли ловить частника и, разумеется, не на каких-нибудь там “жигулях”. Приличные частники, однако, не ловились, а время, меж тем, близилось к полуночи. Тогда жена решила, что и на автобусе доехать до дома - не самый тяжкий грех. Тут как раз последний автобус и подошел. Успевший забыть за несколько лет о существовании общественного транспорта и задремавший было в полуосвещенном салоне миллионер через какое-то время проснулся и, недоуменно оглядев запоздавших пассажиров, громко поинтересовался у супруги: во-первых, почему в этом джипе все двери открываются только в одну сторону, а во-вторых, кто эти люди и все ли они едут к нему в гости. Закончилась поездка попыткой расплатиться с водителем стодолларовой бумажкой. Ошалевший водитель “джипа” денег, что характерно, не взял, о чем, полагаю, впоследствии жалел неоднократно.
История вспомнилась, как ни странно, на недавнем заседании краевой думы, когда она обсуждала закон о выплате семьям, решившимся завести более одного ребенка, чего-то вроде единовременного пособия.
Разговор шел не только о его величине в одну тысячу шестьсот рублей, которая почти вдвое не дотягивала до размеров благодарности тому муниципальному и, вполне возможно, многодетному шоферу. Депутатов влекла проблема глобальнее - приведет ли эта мера к повышению рождаемости не только среди наркоманов и пьяниц, но и в семьях, умеренно выпивающих. Решили: не приведет. А если так, то стоит ли до тех пор, пока бюджет не будет иметь возможности быть щедрее, оскорблять размножающихся граждан столь незначительными суммами? Убедительнее всех эту посылку проиллюстрировал депутат Мальцев: что такое тысяча шестьсот, столько стоит большой букет цветов.
Демографически озабоченное население может, впрочем, не беспокоиться - закон дума после недолгих споров приняла. Тем более, вместе с федеральными выплатами сумма помощи отважным родителям достигнет целых десяти тысяч рублей; тоже не бог весть что, но в кои-то веки государство не обирает, а хоть что-то дает.
Меньше всего хотелось бы сводить дело к вульгарному противопоставлению имущих и бедных. Вспоминать классиков и дореволюционную железную дорогу: “молчали желтые и синие, в зеленых плакали и пели”. Сравнивать, роняя слезу в “Гиганте”, пассажиров “Титаника” - тех, кто плыл на нижней палубе, и спасшихся в шлюпках. Для того, чтобы понять, откуда, в частности, такая разница во взглядах на окружающую действительность, далеко ходить не надо, достаточно спуститься из зала заседания думы на первый этаж, в столовую. Обычное, в общем-то, заведение, в отличие от госдумовской семгой и севрюжиной посетителей не балующее. Эксклюзивны только цены - в полтора, а то и в два раза ниже, чем где бы то ни было в округе. Супы, бульоны и вторые блюда вообще без ценников - очевидно, стоимость их фиксирована и без того известна постоянно здесь столующимся. Пирожные по три-четыре-пять рублей. И копейка сюда возвращена, как и было обещано после деноминации 97-го года: 4.58, 8.63. Пирожок с капустой поражает не дешевизной, а высокой арифметической стилистикой, привнесенной в калькуляцию: 3.01. На столе я заметил забытую кем-то небывалую сдачу - три монетки по одной копеечке. А на мой обед хватило двадцати восьми рублей. В начале перестройки такую синекуру можно было обнаружить только в крайкоме КПСС, когда туда одно время пускали разведавших источник почти бесплатного питания беспартийных. Так и говорили: пошли в крайкорм.
Сытый рожающую не разумеет, но, повторюсь, слишком просто делить мир на храбрых - и умных, красивых - и счастливых, заткнувшихся - и дзюдоистов. Люди не только разные, они все другие. И круг общения к тому же у каждого различен, замкнут, конечен. Общие у всех только Регина Дубовицкая и остальное круглошуточное ТВ. Трудно понимать друг друга, в одиночку путешествуя вокруг света по маршруту дом - работа - магазин. Варианты: “Платинум арена”, дача, пивная, казино. У меня есть пример журналиста, имеющего в силу профессии не по одному контакту в день, объездившего в командировках весь край, но который, так вышло, несколько лет не был на втором Хабаровске. Он был настолько поражен, скажем так, иным образом жизни населяющих район людей, что написал об этом в газету целых два материала.
Не так давно меня насмешили журналисты другого сорта, ядовито комментировавшие скандал с нынешним кандидатом в президенты Хакамадой, устроившей в лондонском аэропорту разборки из-за того, что ее, имеющую билет в бизнес-класс, отправили в эконом. Западло, выходит, Ирине Муцуовне общаться с простыми людьми, вдаваться в их нужды, проникаться их чаяниями, - вот такие были примерно патетические восклицания. Сами же они, получается, страшно близки к народу, особенно летающему из Великобритании в Москву.
Подобная близость, между прочим, может иногда нанести непоправимый ущерб не только репутации, если речь идет о политиках, но и ощутимый вред здоровью. Перед последними парламентскими выборами двое активистов из штаба другого сегодняшнего кандидата - Миронова - пришли на металлургический завод с соблазнительным обещанием Партии жизни: каждому трудящемуся - зарплату в шесть тыщ. Надо ли говорить, что металлурги за такие посулы жизневедов едва не побили.
Как минимум здоровьем же рисковал и упомянутый мной в начале миллионер, спустя десять лет снова легкомысленно прокатившийся на автобусе, будучи уже абсолютно трезвым и не таким богатым, от дома к месту извлечения своих капиталов. В январские морозы без шапки, в летних туфлях, в тончайшем пальто с алым, надобно заметить, подбоем, он и без того смотрелся инопланетянином, а тут еще имел глупость вежливо поинтересоваться у кондукторши, сколько стоит проезд. После этого буквально все пассажиры автобуса обернулись и молча посмотрели на него со значением. Здесь он опустил руку в карман и с ужасом не обнаружил ничего, кроме нескольких тысячных купюр…
Муниципальный транспорт, похоже, становится для него большей школой жизни, чем заезженные, как пластинки, Нью-Йорк, Сайпан и даже модный горнолыжный курорт Куршавель.
