|
О городе
|
|
|
|
|
|
|
|
Итак, она звалась Татьяна«За несочувствие государственному строю СССР» еще совсем недавно можно было поплатиться жизнью Однажды в руки хабаровского коллекционера Владимира Лагуткина попал редкого интереса старинный документ. Его обнаружил в макулатурных развалах рабочий рубероидного завода и передал Владимиру Викторовичу. Это был аттестат об окончании гимназии пединститута О.Р.С.М. в городе Харбине, от 18 июля 1935 года (когда сам Харбин был столицей государства Мань-Чжоу-Го. - Авт.), некой Татьяны Николаевны Кукс. Что означали эти четыре заглавные буквы, понять было сложно. Но по аттестату, преимущественно “троечному”, ясно было сразу, что девица Кукс знаниями особо не блистала. Хотя, признаться, и программа в том учебном заведении была просто аховая: китайский, русский, английский и латинский языки, алгебра, физика, физиология, аналитическая геометрия, минералогия, востоковедение, учение о государстве и праве, химия, гигиена, Закон Божий… И это еще не все! Просто сумасшедший какой-то курс. Так что вполне можно понять гимназистку Кукс - нетрудно было и свихнуться. И потом, к чему красивую головку забивать какими-то политическими экономиями и анализами бесконечно малых чисел, когда тебе восемнадцать и нет войны? Смотрела я на аттестат, выписанный сразу на китайском и на русском, на снимок девушки Тани, прекрасно сохранившийся, и подумала: вот интересно, а как сложилась ее жизнь? Может, не затерялась она на китайских просторах и до сих пор ею наслаждается где-нибудь в тепле и неге? А вы поищите ее “следы” в нашем госархиве, подсказал мне другой хабаровский коллекционер Леонид Иванович Колосов, и оказалось, что там действительно хранится дело Татьяны Николаевны, содержащее очень любопытные документы. Вот - анкета, собственноручно ею заполненная, в Бюро по делам российских эмигрантов в Маньчжурской империи. Читаю. Родилась она в ноябре 18-го, на станции Тухэду Китайско-Восточной железной дороги. А в Харбине жила с родителями. Или, как раньше говорили, при родителях. Но явно с ними не ладила. Особенно с матерью. Отец, Николай Дмитриевич, служил телеграфистом на КВЖД, вплоть до 1930 года, ну Софья Викентьевна, мать, была домохозяйкой. И домовладелицей. Был еще брат Михаил, который перебивался случайными заработками музыканта. Такой примечательный факт. Оказывается, Татьяна Николаевна имела монархические убеждения, судя по той же анкете. И к 1939 году, времени получения паспорта и определения гражданства, в советское подданство вступать не пожелала. По причине - цитирую - “несочувствия государственному строю СССР”. После окончания гимназии она не сразу нашла работу: немного продержалась билетером в местном кинотеатре “Капитал”, потом служила в городском ветеринарном пункте, а в годы войны - с 1942-го по 1943-й - в качестве временной служащей филиала торгового дома “Чурин и К”. Однако под Рождество ее уволили. Другой работы в Харбине не нашлось, и она уезжает в Синьцзин, где поступает в кафе-кондитерскую “Армения”, официанткой. В ее архивном деле сохранилась и характеристика, написанная в далеком 39-м году. Что Кукс - неуравновешенный, нервный человек, легко попадает под чужое влияние. Что не сочувствует Советской власти, политикой совершенно не интересуется и не разбирается в ней. И что состоит в антикоммунистическом кружке Союза молодежи. Сильно влюбчивая натура. И большая любительница сластей. Мать считала дочь красивой и ветреной. И после ее отъезда из Харбина, видимо, движимая благими целями, Софья Викентьевна обратилась в юридический отдел БРЭМа с заявлением, где обвиняла дочь в непочтении к родителям, болезни отца, требовала проверить на моральную устойчивость нового работодателя дочери и “спасти ее от гибели”. “До нас дошли слухи, - информировала начальство озабоченная мать, - что содержатель кафе, куда устроилась моя дочь Татьяна, пользуется плохой репутацией торговца живым товаром, что при ее наружности может кончиться плохо…” Начальник Главного бюро в Синьцзине секретно навел справки и выяснил, что хозяин кафе-кондитерской “Армения” российский эмигрант С. Элоян - один из самых значительных коммерсантов города, человек солидный, а Татьяна Николаевна Кукс не горит желанием возвращаться под родительское крыло. Последний документ из дела Кукс Т. Н. датирован 17 апреля 1945 года. На тот день она числилась официанткой яхт-клуба. Как сложилась ее судьба, остается только предполагать. И только худшее. Можно определенно утверждать, что советской подданной монархистка Таня Кукс все-таки стала. Иначе как бы ее аттестат объявился на хабаровском рубероидном заводе в куче мусора? Думаю, девушке пришлось ой как несладко. Ведь неслучайно анкетная строчка о “несочувствии государственному строю СССР”, написанная ею в семнадцать лет, чьей-то заботливой рукой была жирно отчеркнута красным карандашом. Татьяна Мельникова, Другие новости |
|
