В давнем споре об уме мужчин и женщин расставлены не точки над “i”, а кавычки
“Всю жизнь он занимался тем, что взвешивал чужие мозги”, - сказал телевизор голосом лисы Алисы. Первая мысль: в субботнее утро лучше бы взвешивать не мозги, а печень. Вторая: не сплю ли я? Сплю. Это Елена Малышева из “Здоровья” проснулась и удивляет похмельную страну рассказом о профессоре, жизнь положившем, чтобы выяснить, кто умнее - женщины или мужчины. Вольно детям спорить, кто кого заборет - слон или кит, простительно в утренней постели сравнивать свою глубокую мечту с ее высокой, но пошто тому профессору не пришло в голову взвесить свои, а не чужие?
Так или иначе, российская наука с помощью безмена доказала, что женщина глупее человека в среднем на сто граммов, а это не мало, потому что столько примерно весит мозг собаки.
Стало обидно. Выходило, что намедни меня тяпнул фактически не рыжий такс Яшка, а недоразумение, разница в размерах женского и мужского головных уборов, в толщине черепных костей или, того хуже, явное дамское излишество в виде губной помады, лифчика, жабо. С другой стороны, если, согласно новой теории, откушать десять раз по сто, станешь не пьянее женщины на литр, а умнее на кило, возможно, даже приблизишься к самому президенту. Разумеется, не по количеству выпитого.
Кстати, президенту, надо полагать, своевременно доложили об открытии ученого, иначе бы он не обогатил науку анатомию с философской дерзостью Декарта: «Если мозги утекают, значит, они есть».
За неимением соответствующей взвешивающей аппаратуры именно по высказываниям приходится судить об умственных способностях мужчин и женщин, родных и близких, политиков и Жириновского. «Считал и считаю, что языковый вопрос… он носит не любительский характер. Это важнейший инструмент…» - заметил, между прочим, второй по величине авторитет в языкознании В. С. Черномырдин.
Если не иметь в виду бывшую хабаровчанку Маргариту Баржанову, которую хоть и довел до прошлой Госдумы и язык в том числе, но не запомнившуюся ничем, кроме предложения издать книгу о кулинарных пристрастиях политиков, то дальневосточники на лингвистическом рот-фронте смотрятся, а вернее, слушаются очень даже неплохо. Вот, например, сенатор, а недавно еще председатель нашей краевой думы Виктор Озеров неожиданно явил Отечеству литературные наклонности: «Российская граница выкрашена в цвета национального триколора: она припорошена белым наркотическим порошком, посинела от холода и покраснела от крови порубежных конфликтов». Ничуть не уступает Озерову в силе художественного слова и главный дальневосточный карабас, выступающий, правда, в другом, соцреалистическом жанре и высказавшийся недавно в том смысле, что в Северной Корее нет нищеты и голодных, а военизированный строй просто помогает им выжить в ситуации бедности. Однако далеко позади оставил земляков бывший приморский губернатор Наздратенко. “Мы в прошлом году оплодотворили самок осетра… - застенчиво признался замсекретаря Совбеза, вспоминая свою именно что плодотворную работу на посту председателя Госкомрыболовства. - Но несознательный малек из российской зоны Каспия заплыл в азербайджанскую».
Удивительно, но почти интимные отношения человека и животных занимают в лексиконе наших политиков место не меньшее, чем Чубайс. «Меня очень обрадовало, когда я узнал, что в поселке Тухарт в этом году численность оленей увеличилась на 75 голов… Здесь и наша деятельность в Думе сказывается» (депутат Пискун). «Либо мы будем патриотами, либо курощупами» (Николай Харитонов своим товарищам аграрникам). «Слово «одномандатный» плохо ложится на ухо, а слово «выхухоль» - легко» (Н. Левичев, зампред Партии жизни, об инициативе по защите выхухоля).
Боюсь, что после таких вот фразочек, вроде последней, подруги жизни и обвиняют нас в мужском шовинизме. Это все равно, как, к примеру, рассматривая картину Брюллова “Наездница”, восхититься не девушкой или, на крайний случай, не вспомнить соответствующую главу из камасутры, а предпочесть, извините, лошадь.
Впрочем, не думаю, что за Валентину Матвиенко на выборах мэра Петербурга голосовали одни женщины. А ведь именно она на концерте, посвященном дню рождения комсомола, сказала, что, «как старая боевая лошадь», готова встать в строй «по первому зову». И встала. Через 2040 лет повторив, таким образом, историю с конем императора Калигулы, избранного, как известно, в римский сенат.
Оттого ли, что женщин во власти сравнительно мало, или все же наврал тот профессор со своим открытием, но мужчины у дам могли бы поучиться хоть лапидарности, хоть красноречию. Чего стоит, скажем, полная достоинства фраза Любови Слиски, брошенная в ответ на грубый намек пролетария Шандыбина: «Кому хочу, тому даю!” Или вот: «Мужчина всегда пытается двигаться вверх, а женщина - вперед», - тенденцию пусть и двусмысленно, но верно обозначила вице-премьер правительства Галина Карелова.
Здесь, правда, следует добавить: не только вверх, но и навстречу, хотя и не всегда успешно. «Мы в Саратове, - удрученно рассказывал уполномоченный по правам человека Саратовской области Александр Ландо, - собрали местных проституток на бирже труда и предложили им свободные вакансии - не только дворников и уборщиц, но и других уважаемых профессий. И что вы думаете - ни одна не пришла». Зато бывший хабаровчанин Александр Котенков, представляющий президента в Госдуме, когда там посягнули на святое и решили внести поправку в УК, повышающую возраст согласия на вступление в сексуальные отношения, своим шекспировским аргументом - «По вашему закону Ромео должен быть посажен не менее чем на год. Итак, Ромео идет в тюрьму, а Джульетта - к банке с крысиным ядом» - сумел переубедить ретроградов.
«Главное богатство нашей страны - мозги - нельзя вывозить за рубеж сырыми», - сказал однажды, не разделяя граждан на мужчин и женщин, Сергей Кириенко.
А лучше и вовсе не вывозить, просто, подобно древесине, подвергать их здесь ну очень глубокой переработке, - могла бы, верно, посоветовать папе Карло умная девочка Мальвина.
